Сергей Качаев: будем внедрять на Дальнем Востоке ЗОЖ и правильное питание

30 Июня 2017 15:05
18
0
0
Сергей Качаев: будем внедрять на Дальнем Востоке ЗОЖ и правильное питание

Концепция демографического развития включает ряд мер, который позволит жителям Дальнего Востока с уверенностью смотреть в будущее и рожать больше детей, причем продолжительность жизни дальневосточников планируется в среднем увеличить почти на восемь лет. Об этом, а также о других необычных мерах прироста населения дальневосточных регионов рассказал в интервью корреспонденту РИА Новости Марине Луковцевой заместитель министра по развитию Дальнего Востока Сергей Качаев.

— Сергей Валерьевич, насколько сократилась численность населения на Дальнем Востоке за последние десятилетия?

— В начале 90-х годов прошлого века на Дальнем Востоке проживало 8 миллионов человек, сейчас 6,184 миллиона.

— С чем связана столь колоссальная убыль?

— Главная причина — сокращение экономической активности на Дальнем Востоке, с 90-х годов закрывались предприятия. В силу этой причины был достаточно большой миграционный отток. Вторая причина — это сокращение числа военнослужащих, которые всегда на Дальнем Востоке составляли значительную часть населения.

В последние пару лет темпы миграционного оттока сократились в разы, и как раз задачей принятой концепции демографического развития является доведение численности населения на Дальнем Востоке к 2025 году до 6,5 миллиона человек. Плюс 300 тысяч новых жителей.

— Что легло в основу концепции, какие показатели учитывались при разработке?

— В ней предусмотрены четыре ключевых показателя, по которым будет оцениваться эффективность реализации. Это численность населения, коэффициент рождаемости — количество детей на женщину в репродуктивном возрасте, это также смертность от всех причин и ожидаемая продолжительность жизни. Эти ключевые показатели определены в концепции как в целом для Дальнего Востока, так и для каждого дальневосточного региона, у каждого будет свой показатель эффективности реализации демографической политики на период до 2025 года.

— Как планируется повышать рождаемость?

— Мы провели целый ряд социологических исследований за последние 2-2,5 года. И одной из ключевых мер по увеличению рождаемости и закреплению населения на Дальнем Востоке наши граждане называют прежде всего решение жилищных проблем. В связи с этим необходимо обеспечить доступность жилья и его качество.

Здесь мы предусматриваем возможность создания и внедрения специальных ипотечных продуктов с пониженными процентными ставками. Предусматриваем вопросы субсидирования первоначального взноса по таким ипотечным кредитам. И по мере рождения детей в семье, в зависимости от их количества, — сокращение процентных ставок и погашение основной части долга. Наше предложение — в случае рождения трех детей полностью погашается семье ипотечный кредит.

Плюс мы предлагаем развивать систему социального найма жилья, чтобы не покупать его, а можно было спокойно и быстро снять. Здесь же необходимо развитие строительных жилищных кооперативов, в том числе в рамках программы «дальневосточный гектар».

Следующая задача — обеспечить стабильность дохода семьи в случае рождения очередного ребенка. Часто так получается, что родился ребенок, мама сидит дома, доходы семьи падают, иногда даже ниже прожиточного минимума. Наша задача — таким образом сконструировать систему социальных пособий, налоговых льгот, чтобы она позволяла выравнивать доходы семьи.

Также предусмотрены отдельные меры на тот случай, если женщина решит выйти на работу раньше установленного срока отпуска по уходу за ребенком. Чтобы у нее такая возможность была и она не потеряла ни в зарплате, ни в компетенции, будет создана система повышения квалификации и адаптации на рабочем месте.

Таким образом, либо система социальных пособий, либо возможность раннего выхода женщины на работу позволят обеспечить стабильный уровень благосостояния семьи, а значит, семьи спокойнее смогут смотреть в будущее.

Если такая система заработает, то семьи будут готовы рожать больше детей.

Сюда же относятся вопросы, связанные со снижением младенческой смертности. За последние годы дальневосточные регионы много сделали в этом плане, младенческая смертность существенно снизилась. Но работу по этому направлению надо продолжать.

— Когда вы говорите о системе выравнивания дохода семьи, где родился ребенок, то речь идет именно о выплатах пособий до трех лет?

— Да. Могут быть пособия. Во-вторых, могут быть налоговые льготы. Не обязательно платить человеку пособие: он работает, зарабатывает деньги, только его доход облагается меньшей ставкой, таким образом он чисто физически больше денег получает. Достаточно широкий комплекс возможностей есть, а мы, к сожалению, очень мало используем налоговое стимулирование, чтобы повысить доход граждан при условии рождения очередного ребенка. 

— До какого возраста и как именно планируется увеличить продолжительность жизни?

— Цель стоит к 2020 году увеличить до 73 лет, к 2025 году — до 76 лет. Сейчас средняя продолжительность жизни дальневосточника — 68,4 года. Очень амбициозная задача. Необходимы будут кардинальные и очень быстрые эффективные меры. Тут нельзя сказать, что одно мы делаем для повышения рождаемости, а другое — по вопросам снижения смертности и повышения продолжительности жизни. Нет, здесь комплекс. Реализовав все меры, связанные с повышением рождаемости и сокращением смертности, мы повысим ожидаемую продолжительность жизни.

Мы хотим сделать еще акцент на том, чтобы сами люди заботились о своем здоровье. Как раз в рамках концепции и плана, который мы сейчас разрабатываем, стоит задача — побудить население заниматься своим здоровьем, вести здоровый образ жизни, здоровое питание. Без этого кардинально изменить продолжительность жизни нельзя. Пока человек сам не захочет заниматься своим здоровьем, долго, счастливо и активно жить, никакая медицина и никакая система социальных пособий его не заставит.

Поэтому мы предлагаем комплекс мер по популяризации ЗОЖ, активного долголетия, правильного здорового питания. Плюс мы предложили, чтобы работодатели занимались здоровьем своих работников. По сути, мы половину жизни или больше проводим на работе. Если работодатели не будут заниматься здоровьем своих сотрудников, тогда тоже трудно будет достичь установленных показателей.

Здесь мы предлагаем реализовать систему медицинских осмотров на рабочем месте, правильную организацию труда, чтобы работодатель был заинтересован сам в том, чтобы у него работали здоровые люди и в связи с этим повышалась производительность труда.

К этому, естественно, будут добавляться различного рода меры, связанные с улучшением качества медицинского обслуживания. Плюс образовательные учреждения будут заниматься здоровьем своих учеников и студентов. Без всего этого мы кардинально ситуацию не поменяем.

— Но это очень сложно. Как можно убедить работодателя заниматься здоровьем сотрудников? Предложить ему какие-то налоговые льготы?

— К примеру. И это только один из способов — дать небольшую налоговую льготу, взамен обязав заниматься здоровьем персонала, и можно достичь хороших результатов.

Радикальные, комплексные, нестандартные меры могут помочь нам достичь поставленных целей. Только вложением денег в медицину мы ничего не решим. Когда человек попал в больницу, уже поздно заниматься его здоровьем. Здесь надо его экстренно лечить. А основную-то часть времени мы находимся не в больнице, а на рабочем месте, дома, в семье или на учебе. Поэтому на всех этих стадиях жизни человека надо заниматься его здоровьем.

Работодатели гораздо больше теряют от того, что люди находятся на больничном или в силу своего физического состояния плохо и непроизводительно работают. Организовав посещение сотрудниками занятий в фитнес-центрах или организовав «дни здоровья» на предприятии и профилактические осмотры, предприниматель улучшит здоровье работников, повысит их производительность, плюс получит налоговую льготу. Здесь задача стоит верной оценке экономического эффекта для предпринимателя.

В советское время этим занимались, было такое направление, как научная организация труда. Сейчас этим мало кто занимается, но это необходимо восстанавливать.

— Если проанализировать данные статистики, то можно увидеть, что в некоторых регионах Дальнего Востока рождаемость высокая и при этом отток населения велик. Как собираетесь сокращать отток?

— В ходе социологических исследований мы ставили вопрос: почему сейчас люди продолжают уезжать с Дальнего Востока. Здесь опять же есть ряд проблем, связанных с нехваткой высокопроизводительных и высокооплачиваемых рабочих мест. Эта проблема решается сейчас Минвостокразвития. Наша задача — привлечь инвесторов на Дальний Восток, открыть новые производства. В перспективе у нас до 2025 года 100 тысяч рабочих мест — новых, высокопроизводительных, с высокой заработной платой. Создание новых высокооплачиваемых рабочих мест будет решать проблему, связанную с недостаточными доходами населения.

Вторая проблема связана с качеством образования. Молодые люди в значительной части не находят тех специальностей, которые они хотели бы приобрести. Они уезжают в европейскую часть. И тогда им уже очень сложно вернуться на Дальний Восток. Поэтому наша вторая задача — создать такую систему образования, которая позволяла бы укоренять молодежь в регионе. Это открытие филиалов вузов из европейской части страны, это обмен студентами между вузами. Это открытие кафедр вузов из европейской части на Дальнем Востоке.

Таким образом мы будем добиваться, чтобы люди оставались на Дальнем Востоке и находили тут хорошую высокооплачиваемую работу. 

— Достаточно ли молодежи только получения нужного им образования и успешного трудоустройства?

— То, что я раньше говорил о доступности жилья, к списку мер в отношении молодежи тоже надо добавить. Это острая проблема, когда молодая семья ни жилья, ни денег на его покупку не имеет. Мы рассчитываем на программу социального найма жилья и создание строительных кооперативов.

Следующая проблема — это качество социальной и культурной среды на Дальнем Востоке. Здесь тоже подвижки есть. Минвостокразвития инициирует сейчас целый ряд проектов в сфере культуры. Например, гастроли наших ведущих коллективов. Создаются филиалы Мариинского театра, Эрмитажа во Владивостоке. То есть нужно создать такую социальную среду, в которой можно было бы комфортно жить и молодым людям находить интересные для себя события и мероприятия. Чтобы такая культурная жизнь не сильно отличалась от среды Санкт-Петербурга или Москвы.

Может быть, эти элементы, которые тоже в концепции предусматриваются, напрямую не влияют на показатель рождаемости, но они точно создают настроение у населения — жить и работать на Дальнем Востоке.

— Тут речь преимущественно идет о региональных центрах, а что касается сел?

— Здесь у нас тоже есть инструмент влияния на развитие среды в малых населенных пунктах. В рамках государственных программ, которые реализуют другие министерства, мы сейчас формируем специальные разделы. И предусматриваем отдельное финансирование на создание спортивных, медицинских и дошкольных учреждений. Соответственно, эта работа организована на постоянной основе, инструмент привлечения финансирования в эту сферу есть. Единственное, теперь необходимо время для того, чтобы эти объекты начали строиться, вводились в эксплуатацию.

Плюс мы сейчас реализуем два пилотных проекта по комплексному развитию двух городов. Это Комсомольск-на-Амуре и город Свободный в Амурской области. Это такие проекты, когда мы не просто говорим, что сейчас будем создавать отдельные объекты в регионе или в региональном центре, а когда мы комплексно создаем новую социально-экономическую среду в конкретном городе.

Посмотрим на этот опыт — дальше будем тиражировать его на другие города.

— В концепции демографического развития предусмотрены какие-то меры для развития коренных народов?

— Каких-то специальных мер именно для этих народов не предусмотрено. Но если вы посмотрите список тех мер, которые в концепции определены, то они применимы для всех жителей Дальнего Востока. Это, например, приближение первичного звена медицинской помощи к месту жительства населения. Так как население распределено по всей территории Дальнего Востока, то эта мера в концепции прежде всего будет использоваться для тех коренных и малочисленных народов, которые заселяют северную часть Дальнего Востока и его юг. Задача — приблизить медицину максимально к месту жительства этих людей.

Втора задача — это сохранение традиционного уклада их жизни и традиционных видов деятельности. Эти меры тоже предусмотрены. За счет этих двух мер мы надеемся стабилизировать численность коренных народов и демографически их развивать.

— Что касается программы переселения соотечественников, от которой сегодня многие регионы пытаются отказаться, Дальнему Востоку она по-прежнему интересна?

— Мы в рамках подготовки концепции посмотрели, оценили. За счет снижения смертности и повышения рождаемости мы где-то сможем повысить численность населения на 50 тысяч человек до 2025 года. Но у нас задача стоит 300 тысяч новых жителей привлечь на Дальний Восток, исходя из тех потребностей экономики, которые сейчас существуют. Около 250 тысяч человек должно быть привлечено за счет миграции.

Здесь мы, конечно, основной вклад в достижение этого показателя видим во внутренней миграции из европейской части России. Но мы рассматриваем и возможность какую-то часть привлечь за счет соотечественников, проживающих за рубежом, которые хотят вернуться и жить в Российской Федерации. Программа им позволяет снизить издержки и барьеры, которые могут быть при переезде из другой страны. Поэтому да, это важный инструмент, он отдельно у нас прописан в концепции, мы его тоже будем использовать.

— То есть переезд староверов интересен как раз в этом разрезе? Для них создана специальная система адаптации.

— Мы пока еще только в начале пути по этой теме. Система адаптации создается для них в рамках Агентства по развитию человеческого капитала. Специальный центр формируется.

Мы рассматриваем это как пилотный проект. По оценкам специалистов, около 2,5 тысячи староверов готовы переехать в РФ. Основная часть их живет сейчас в Южной Америке — Уругвае, Боливии. Это такие же русские люди, как и мы с вами, у них очень сильная прививка от ассимиляции, они, несмотря на все сложности и проблемы, трагические события в предыдущие века, сохранили свой уклад жизни, русский язык и свою веру. Люди с такими ценностями, с такими жизненными установками нужны сейчас на Дальнем Востоке.

По сути, это такие центры кристаллизации, на примере которых можно показать, как может быть по-другому организована наша жизнь. Каких результатов можно достигать, ведя хозяйство на дальневосточной земле. Сколько детей на самом деле должно быть в семье, как работать и жить счастливо.

Это пример, как наши люди могли бы развивать российский Дальний Восток. Именно так надо этот проект рассматривать. И уже первые поселения староверов на Дальнем Востоке есть. Мы надеемся, что в ближайшее время появятся новые поселения. И, конечно, рассчитываем на вклад староверов в демографическое развитие Дальнего Востока.

— В чем суть модельной региональной программы демографического развития региона? Она ориентирована на общие показатели концепции?

— Модельная программа — это меню мероприятий, которые будут предложены регионам. Регион в рамках своей программы демографического развития выбирает из этого меню те мероприятия, которые ему нужны, которые решают проблемы на его территории. В каждом регионе будут определены необходимые ресурсы для реализации этих мероприятий. То есть будет идти настройка комплекса мер на специфику каждого дальневосточного региона.

Проблемы Чукотки отличаются от проблем Приморского края. Точно так же, как и методы, способы их решения. И задача региона будет — навести фокус на свои вопросы, учитывая свои возможности. Таким образом, мы специфику каждого дальневосточного региона внесем в общую демографическую политику.

План реализации концепции мы должны до 1 сентября утвердить — модельные программы, которые будут разработаны и адаптированы к каждому региону, это и будет система увязки всех приоритетов в демографической сфере с финансированием. В распоряжении, которым утверждена концепция, дано три месяца на разработку плана — это примерно до 20 сентября. Но министр поставил задачу до Восточного экономического форума этот план утвердить. Там он будет презентован, мы хотим это сделать со всеми регионами и всеми губернаторами.

— Есть планы создания Фонда будущих поколений. Как он вписан в концепцию демографического развития?

— Предстоит еще большая работа по определению того, как этот фонд будет работать, за счет чего он будет формироваться, на какие направления он будет тратить свои средства. Здесь мы тоже пока в начале пути. Но то, что этот институт появился в концепции, — это очень важно.

Всегда возникает вопрос, за счет чего мы будем финансировать мероприятия. Так вот, наша идея — за счет в том числе средств этого фонда.

Формироваться фонд может за счет части акцизов на алкоголь и табак. Дальше — направление денег из этого фонда на конкретные социальные демографические проекты на Дальнем Востоке. К примеру, создание детских площадок, центров матери и ребенка, проектов здоровья молодой семьи. То есть это будет целевой фонд, который будет формироваться за счет платежей от не очень полезных вещей, а направляться деньги будут именно на социально-демографическое развитие.

— Концепция предусматривает отдельные меры поддержки работников территорий опережающего развития. В чем они будут заключаться и почему только работников ТОР, а не всех сразу?

— Мы говорим, что меры поддержки будут использоваться для всей территории, для всех жителей Дальнего Востока. Но мы понимаем, что будет необходимо в любом случае реализовать некоторые пилотные проекты, чтобы отработать порядок, методику и технологию предоставления этих мер поддержки. Нужно будет оценить их эффект.

Достаточно сложно и затратно будет разворачивать это на всей территории округа сразу. Мы рассматриваем резидентов ТОР как некую фокус-группу, на которой мы можем очень оперативно отработать те или иные меры поддержки. А дальше тиражировать на территорию округа.

Мы уже сейчас реализуем несколько пилотных проектов в дальневосточных регионах. Например, сертификат молодой семьи. В Амурской области запустили этот проект. Выдается сертификат, с помощью которого молодая семья может пройти медицинское обследование, оперативно решить проблемы со здоровьем, чтобы рожать здоровых деток. Будет у проекта хороший эффект — будем тиражировать на территорию всего региона.

На Сахалине будет два пилотных проекта. По мужскому здоровью и по здоровому питанию. Сложно было бы развернуть сразу на всем Дальнем Востоке, попробуем пока на Сахалине, посмотрим эффект, может быть, немного модернизируем и тоже будем тиражировать.

Еще планируем в Амурской области проект по доабортному консультированию женщин. Надо посмотреть, готова ли система здравоохранения к таким новациям.

Кроме того, в Хабаровском крае планируем внедрить проект по сокращению и профилактике суицидов, антиалкогольный проект на Чукотке. Думаю, к Восточному экономическому форуму у нас уже будут первые результаты.

Мы как раз хотим на ВЭФ эти результаты представить.

— В концепции говорится о создании в органах власти советов по демографической и семейной политике. О чем идет речь?

— Это способ организации обратной связи. Можно, конечно, провести соцопрос, но это все равно эпизодический фокус на настроениях населения. А нужна обратная связь постоянная. И не просто «плохо» или «хорошо», а обратная связь с предложениями. Что нужно изменить, чтобы стало лучше. Система советов должна обеспечить такую связь.

Подобная система была внедрена в рамках работы по улучшению инвестиционного климата на Дальнем Востоке. Там тоже были созданы инвестиционные советы при губернаторах и в муниципалитетах. Таким образом была налажена хорошая прямая связь от предпринимателей и общественных объединений к органам госвласти.

В нашем случае в советы тоже войдут представители органов власти, общественных организаций и рядовые граждане. Нужно идти от жизни. Взять проблему конкретной семьи, найти комплекс необходимых мер для ее решения.

Мы рассчитываем, что советы будут выполнять такую роль — рассматривать конкретные случаи, а предлагать системные решения.

— Откуда на все эти мероприятия концепции демографического развития взять деньги?

— Деньги есть. Нельзя сказать, что их достаточно, но они есть. В разных программах, подпрограммах, на федеральном уровне, на региональном, муниципальном. Необходимо эти ресурсы сконцентрировать, направить на одни и те же цели в рамках конкретных мероприятий.

Задача на первом этапе — эти ресурсы сконцентрировать и пустить целенаправленно на те главные проблемы, которые существуют в демографическом развитии. На втором этапе понадобится дополнительное финансирование — мы смотрим где-то на рубеж 2020 года. Будем выходить с инициативами об увеличении финансирования. Плюс Фонд будущих поколений, о котором мы говорили.

Но это все — бюджетные или околобюджетные деньги. А все-таки необходимо привлекать, во-первых, работодателей к тому, чтобы они занимались здоровьем своих работников. И систему образования ориентировать на сохранение здоровья учеников и студентов.

Здесь в значительной части небюджетные средства должны привлекаться. В том числе мы смотрим на компании с государственным участием, где государство может говорить, что и как необходимо делать в сфере демографического развития. А это крупнейшие работодатели на Дальнем Востоке. Мы можем через директивы собственника направлять компании на то, чтобы они финансировали проекты, например связанные с улучшением здоровья своих сотрудников.

Кроме того, некоммерческий сектор, некоммерческие организации, которые занимаются подобными проектами в сфере демографии. Его нельзя сбрасывать со счетов, это прицельная работа с конкретными социальными группами, например в сфере работы с молодежью и многодетными семьями.

Все эти участники реализации демографической политики должны сконцентрировать свои ресурсы, в том числе и финансовые, на решении проблем народосбережения на Дальнем Востоке. Только так можно достичь целей, поставленных в концепции демографической политики Дальнего Востока.

 

 

Источник: РИА новости

Newsusa это лучшие Новости США
0
30 Июня 2017 15:05
18
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Партнерка