"Спирт могли ввести посмертно". Три главных вопроса о деле сбитого мальчика

18 Июня 2017 15:05
21
0
0
"Спирт могли ввести посмертно". Три главных вопроса о деле сбитого мальчика

МОСКВА, 17 июн — РИА Новости,  Лариса Жукова.  МВД и Следственный комитет занялись проверкой уголовного дела, в котором эксперты признали пьяным шестилетнего мальчика, сбитого машиной  в подмосковном Железнодорожном.  Авария произошла еще 23 апреля, но о ситуации стало известно почти через два месяца – резонанс вызвали результаты экспертизы. Отец погибшего мальчика связывает странные данные с тем, что муж виновницы ДТП — член преступной группировки. Местные жители и известный судебный врач придерживаются других версий. Три главных вопроса о деле – в материале РИА Новости.

Десять штрафов и одна смерть

23 апреля, около половины седьмого вечера, во дворе собственного дома в микрорайоне Павлино был насмерть сбит шестилетний Алеша Шимко. Мальчик возвращался с прогулки вместе с дедушкой, когда на высокой скорости его сбила легковушка Hyundai Solaris. Машина, разогнавшись с тупика парковки вокруг многоэтажного дома, протащила ребенка около десяти метров: от одного подъезда до другого, переехав передними и задними колесами, и только потом остановилась.

«Я услышал ужасные крики. Смотрю в окно: дедушка в истерике бьется вокруг машины. Я тут же вышел на улицу: под задними колесами еле шевелился ребенок. Все тело было изуродовано, больше всего пострадали голова и живот. Шок, ужас – не знаю, что сказать. Он еще был жив, когда мы извлекли его из-под машины, и попросили женщину-водителя вызвать скорую. Но реакции не последовало, она отошла в сторону и стала звонить кому-то другому», – рассказал РИА Новости очевидец Роман.

По его словам, вокруг собрались матери с детьми – инцидент произошел в пяти метрах от детской площадки.

Спустя десять минут приехала реанимационная бригада скорой помощи. Медикам оставалось констатировать только смерть ребенка. Мальчик умер от перелома основания черепа и отека головного мозга.

По словам Романа, который за несколько минут до трагедии наблюдал детскую площадку из окна, легковушка, которая въехала на придомовую территорию, сразу показалась ему странной: женщина-водитель не сразу вписалась в поворот. Как говорят очевидцы, которые в это время были на площадке, автоледи говорила по телефону и не обращала внимание на дорогу, когда выезжала с парковки.

За рулем была 31-летняя Ольга Алисова – по некоторым данным, жена местного криминального авторитета, отбывающего наказание за черное рейдерство в тюрьме. По словам жителей  дома №39, женщина часто подвозила кого-то к одному из подъездов, но в самом микрорайоне не живет и работает в салоне сотовой связи «Билайн» соседнего Реутова.

Как удалось выяснить инициативной группе очевидцев, которые записали данные автомобиля, Алисова, уроженка города Балашов Саратовской области, за месяц до аварии получила десять штрафов за превышение скорости. Три из них на момент аварии она не оплатила.

Сорок дней ожидания. Вопрос первый

Уголовное дело против Алисовой не возбуждали больше месяца. «Только спустя сорок дней после смерти мальчика нам устно сообщили, что дело завели», – вспоминает Роман. Он стал одним из организаторов сбора денег для семьи Шимко на оплату юридических консультаций, а также коллективного обращения на имя главы Следственного комитета Александра Бастрыкина.

В письме они просили забрать дело у МВД России «Балашихинское», которому обычно подследственны ДТП со смертельным исходом. По словам Романа, сыщики местного отделения полиции приехали только 3 мая, чтобы провести доследственный эксперимент. В ходе него выяснилось, что водитель не могла не заметить мальчика и в несколько раз превысила допустимую скорость: она разогналась по придомовой территории примерно до 50 километров в час, вместо ограничения в двадцать.

Однако открывать уголовное дело никто не торопился. На следующий день убитая горем семья Шимко получила почтовое извещение о денежном переводе на сумму 50 тысяч рублей – от Ольги Алисовой. На связь женщина по-прежнему не выходила. Друзья семьи заявили РИА Новости, что уверены: это была инициатива ее адвоката – чтобы представить в суде смягчающие вину доказательства. Юрист обратился к отцу мальчика с просьбой встретиться, чтобы Алисова смогла «извиниться», но на самой встрече заявил, что она не виновата. Сама женщина молчала.

Стали исчезать и доказательства ее вины. Например, странным образом произошел сбой камер, которые были установлены на подъездах дома №39 по программе «Безопасный город» и могли зафиксировать аварию.

Как объяснили в администрации местным жителям, «по всему району на сорок домов завис сервис в течение шести дней». Но, кроме того, исчезла и частная видеокамера, которая находилась над вторым подъездом и также была направлена на место происшествия.

8 мая ситуацией заинтересовались партии ЛДПР и КПРФ, спустя еще десять дней отец мальчика, офицер Росгвардии Роман Шимко обратился к главе «Справедливой России». Местные жители обращались на федеральные телеканалы, чтобы создать общественный резонанс, и таким образом способствовать возбуждению уголовного дела. Но журналисты отвечали, что нужно подтверждение Следственного комитета или МВД о том, что все обстоит именно так, как рассказывают очевидцы, – получался замкнутый круг.

Наконец, 26 мая, Шимко сообщили, что дело против Алисовой возбуждено по статье 264 УК (нарушение правил дорожного движения, которое привело к смерти человека). Но номера дела, по его словам, ему не дали, в прокуратуре не зарегистрировали, и не приобщили результатов судебно-медицинской экспертизы (этот документ был получен 12 июня).

Возникает вопрос: почему дело так долго не заводили?  

В данном случае речь идет, скорее всего, о преступных действиях,  сообщил РИА Новости председатель третейского суда Москвы и Московской области Олег Сухов.

«Были проведены следственные действия, свидетели произошедшего, и не было никаких оснований для отказа. Возможно, речь идет о взятках лицам, осуществляющим расследование или давлении на них».

Когда же дело завели, поменялись четыре следователя, сообщили друзья семьи. Это также может быть связано с помехами расследованию или угрозами, заявил РИА Новости управляющий партнер коллегии адвокатов «Старинский, Корчаго и партнеры» Владимир Старинский. Соответственно, Алисовой (если это была она) могут быть добавлены, обвинения в даче взятки или воспрепятствовании расследованию.

Смертельная доза для ребенка. Вопрос второй

Согласно данным судебно-медицинской экспертизы, 3 мая были получены результаты лабораторного исследования крови мальчика: в ней содержался 2,7% этилового спирта – это примерно бутылка водки.

По всей видимости, такой результат судмедэксперт посчитал неправдоподобным и назначил дополнительную экспертизу: молекулярно-генетическое исследование на установление принадлежности крови ребенку.

22 мая из московской лаборатории, куда отправляли материалы из Подмосковья, пришел ответ: два образца крови принадлежат одному человеку – шестилетнему мальчику Алексею Шимко.

Все это говорит о том, что об ошибке не может быть и речи, заявил РИА Новости Юрий Пиголкин, заведующий кафедрой судебной медицины лечебного факультета ММА им. И.М. Сеченова.

«Более того, они провели очень редкое для России судебно-химическое исследование: на выявление ацетальдегида, который образуется в результате окисления алкоголя в организме, что еще раз подтверждает выводы исследования. Если опираться на данные экспертизы, можно утверждать, что ребенок был пьян», – отметил эксперт.

Однако это заключение противоречат здравому смыслу. При такой высокой концентрации спирта в крови даже взрослый человек не сможет владеть собой и держаться на ногах. Для шестилетнего ребенка, у которого не полностью сформирована ферментативная система, это смертельная доза.

Возникает вопрос: как получились такие парадоксальные результаты?

«Возможно, врач или какой-то другой сотрудник морга до вскрытия специально ввел в тело ребенка спирт. В течение нескольких часов после смерти внутренние органы, например, печень, и мышечная ткань сохраняют жизнеспособность. Они могут выполнять окислительные функции, и возможно образование и того самого ацетальдегида, который выявили при повторной экспертизе.  Однако учитывая, что кровь циркулировать перестает, это маловероятно. Намного проще подменить данные в пробирке. Но исключить этой версии нельзя», – считает Пиголкин. Если она верна, при эксгумации результаты не изменятся.

В редких случаях спирт может оказаться в теле умершего при бальзамировании, когда вводят специальный препарат с содержанием алкоголя, добавляет специалист. Но, насколько известно, мальчика до вскрытия не бальзамировали.

Судмедэксперт Александр Аулов заявил РИА Новости, что видит другие причины: кровь либо разбавили спиртом на этапе забора биоматериала, либо дважды брали анализы у постороннего лица.

Сказать, кем и на каком этапе была произведена возможная подмена, сложно. Обычно при вскрытии экспертом тела присутствуют не только медик, но санитар и лаборант. Видеонаблюдения при этом нет. Но перекрестные допросы могут помочь выяснить правду, уверен Пиголкин.

Есть еще одно, наименее правдоподобное, объяснение. 7 мая в паблике «Наш Железнодорожный» появилась информация о том, что в микрорайоне Павлино, где ранее произошла трагедия, «опасный человек пристал к парню 14 лет, заставил выпить два стакана какой-то жидкости, держа нож у горла».

В результате подросток потерял сознание, но спустя десять минут приехала реанимационная бригада скорой помощи и успела его спасти. Больше информации об «опасном человеке» не было. Но в случае, если подобное произошло с Алешей Шимко незадолго до аварии, ребенок смог бы ходить и играть еще около получаса, в зависимости от особенностей организма, – это то время, за которое спирт всасывается в кровь, говорит судмедэксперт Аулов. Против этой версии – слова очевидца трагедии Анастасии Исаевой: «Мы с сыном видели как дедушка гулял с Алешей, ребенок был в нормальном состоянии. Дедушка ходил рядом с ним и подстраховывал мальчика, который ездил на своем велосипеде. Он постоянно был рядом и не отходил ни на шаг».

В любом случае, мнимое или реальное алкогольное опьянение на руку виновнице аварии Алисовой: это может стать доказательством того, что у нее не было технической возможности избежать аварии, – способ избежать реального срока и отделаться выплатой компенсации причиненного вреда.

Небезопасный  город. Вопрос третий

Роман Шимко связывает затягивание дела и результаты экспертизы с тем, что муж Алисовой связан с местной ОПГ. Однако местные жители считают по-другому.

Трагическое ДТП не хочет предать огласке администрация города, анонимно сообщил РИА Новости один из местных жителей: «Выявленные следователями причины и условия, при которых произошла авария, могут вскрыть массу других преступлений, связанных с должностными преступлениями в сфере экономики, хищением бюджетных средств, бездействием контролирующих органов».

Речь идет, в частности, о программе «Безопасный город», которая призвана обеспечить безопасность жителей Московской области и повысить результативность борьбы с преступностью (сюда входит и установка камер видеонаблюдения). Кроме того, во дворе дома не было ни знака, оповещающего водителей об ограничении скорости, ни зебры, ни лежачих полицейских, что должны были сделать сотрудники администрации и ГИБДД.

На запрос жильцов дома, в управляющей компании ответили, что дорожные знаки и лежачие полицейские, по документам, появились во дворе за две недели до трагедии. Однако жители  Павлино впервые увидели их 30 апреля (их установили ночью). Также у них появилась другая информация: приказ об устранении нарушений был подписан начальником местного ГИБДД Александром Ягупой 21 апреля. В документе содержалась не только, по видимости, дата «задним числом»,  но и ошибка в названии микрорайона – Керамик, вместо Павлино.

20 мая один из местных жителей отметил, что «был приятно обескуражен тем, что в районе 30-х домов на объездной дороге установлено столько новых дорожных знаков, а в одном месте аж по четыре указателя пешеходных переходов в каждом направлении».

В ответ кто-то риторически заметил: «Неужели для этого нужно, чтобы погиб маленький человек?».

«Все в нашем микрорайоне уверены, что по преступности Железнодорожный, Балашиха и Ногинск превосходят все населенные пункты Подмосковья – это самые коррумпированные города, где процветает бандитизм. ГИБДД, УВД, прокуратура – все связаны, и точечно ничего не изменить», – говорит Роман.

Так или иначе, проверок на высоком уровне после такого общественного резонанса не избежать. Подмосковный главк Следственного комитета уже сообщил, что изучит все материалы дела, так как «часть доказательств была уничтожена».

Что будет самим следователям и экспертам, зависит от того, найдутся ли конкретные доказательства их вины – например, они могут отделаться и увольнением, если не будет установлен преступный умысел, говорит председатель третейского суда Москвы и Московской области Олег Сухов.

Ольга Алисова пока находится под подпиской о невыезде. Если дело все же будет передано в суд, то можно не сомневаться, что ее ждет реальное лишение свободы, считает юрист.

В МВД объявили, что проведут повторную экспертизу: образцы, в которых нашли алкоголь, сравнят со следами на днище кузова автомобиля.

Родные мальчика согласны на эксгумацию тела сына. Шестилетнего Алешу похоронили спустя три дня после вскрытия. У Романа и Елены Шимко остался старший, восьмилетний сын.

Источник: РИА новости

Newsusa это лучшие Новости США
0
18 Июня 2017 15:05
21
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
Партнерка